Бои в Восточной Пруссии и Кенигсберга

Есть война, темы по которой стоит выделить в особый раздел. Это - Вторая мировая война.
ДСГ
новобранец
новобранец
Сообщения: 42
Зарегистрирован: 29 авг 2009 16:33
Контактная информация:

Сообщение ДСГ » 19 фев 2010 07:57

Возможно не совсем точно в тему... вот такой вопрос...где или у кого можно узнать о переименованиях нас.пунктов Восточной Пруссии, отошедших после войны к Польше...
Конкретно интересует район г. Браунсберг( ныне г.Бранево, Польша), о конкретно д.Тидмансдорф находящуюся в 12 км. южнее г. Браунсберг...
Люди попросили помощи в отыскании места захоронения деда Малахова Потапа Свиридовича, 1909 г.р., сапера 464 осб, 17 сд , погибшего 13.03.1945 г. и захороненного на вост.окраине д.Тидмансдорф...
http://www.poisk-pobeda.ru//forum/index ... sg8121#new
Предварительно связался с паном Войтеком с ВГД... а с учетом его отзывов пишу и к Вам...
С уважением,

Аватара пользователя
Шепелёв
старший лейтенант
старший лейтенант
Сообщения: 606
Зарегистрирован: 08 май 2007 14:07
Откуда: Тушино

Сообщение Шепелёв » 20 фев 2010 08:38

ДСГ писал(а):Цитата(ДСГ @ 19.2.2010, 10:57) Возможно не совсем точно в тему... вот такой вопрос...где или у кого можно узнать о переименованиях нас.пунктов Восточной Пруссии, отошедших после войны к Польше...
Конкретно интересует район г. Браунсберг( ныне г.Бранево, Польша), о конкретно д.Тидмансдорф находящуюся в 12 км. южнее г. Браунсберг...
Судя по карте, это могут быть Pierzchaly, Chrusciel или Dabrowa. Необходимо держать в уме вариант: деревня не сохранилсь. Хотя засление в том районе плотное.
Кровавая, хмельная...
Хоть пой, хоть волком вой...
Страна моя родная!
А что ж ты делаешь со мной?

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 21 фев 2010 01:56

Тидмансдорф (Tiedmannsdorf) сейчас называется Chruściel.
С нами Аллах и два пулемёта!!

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 23 фев 2010 00:48

Из доклада командования войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта о боевой деятельности войск за первый квартал 1945 г.

12 апреля 1945 г.

Боевая деятельность войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта в отчетном квартале проходила в период наступления Красной Армии и характеризовалась выполнением задач по обеспечению охраны важнейших коммуникаций и объектов в тылу действующей Армии и наведению революционного порядка на занятой территории врага, где скрывалась значительная часть оставленной противником агентуры и членов гитлеровских организаций; проведением боевых операций по уничтожению и вылавливанию разрозненных вооруженных групп противника, оставленных для проведения диверсионно-террористических актов в тылу действующей Красной Армии...

В связи с этим практическая деятельность командования, политотдела войск и частей, партийных и комсомольских организаций была направлена на качественное выполнение боевых задач, стоящих перед войсками, непосредственное руководство боевыми операциями...

При выполнении задач в бою по уничтожению бандитских групп, уничтожению и вылавливанию мелких групп противника, оставшихся в тылу действующей Красной Армии, вылавливанию агентуры противника, скрывающейся в среде враждебной части немецкого населения.., личный состав войск проявил высокие качества воина-чекиста, мужество, отвагу, самоотверженность, пограничную хитрость, сметку и находчивость. Имена многих лучших бойцов, сержантов и офицеров явились примером доблести, отваги и проявления высокой чекистской бдительности и служебной выучки для всего личного состава войск.

13 марта 1945 г. начальник 11-й заставы 13-го пограничного Виленского полка мл. лейтенант Савельев получил задачу задержать вооруженную группу неизвестных, занимающихся грабежом в районе хут. Бланненберг. Савельев на поиски и задержание этой группы выслал 15 человек: офицеров — 2, сержантов — 2, красноармейцев — 11 и возглавил ее.

По прибытии в указанный район была произведена проческа местности, прилегающей к хутору. После этого Савельев выставил наблюдение за хутором и отдал приказание осмотреть дворы.

Осматривая один из домов, командир отделения сержант Евдаков заметил вышедшую из соседнего дома женщину, которая направилась в сарай, о чем доложил начальнику, заставы. Савельев вошел в этот сарай, подал команду «Выходи!», но ответа не последовало, после чего произвел выстрел вверх. Из соломы сразу же после выстрела вышли с поднятыми руками трое неизвестных. Задержанные оказались скрывавшимися бандитами.

7 марта 1945 г. начальник 9-й заставы этого же полка лейтенант Юсов получил приказ командира батальона задержать группу неизвестных в районе дер. Дер. Для выполнения задачи выслал разведывательно-поисковую группу во главе с помощником начальника заставы мл. лейтенантом Ивановым. Прибыв к указанному месту и установив всестороннее наблюдение за местностью, пограничники приступили к осмотру построек. При этом мл. сержант Ваценко заметил дым, идущий из трубы дома. Мл. лейтенант Иванов приступил к его осмотру. Войдя в дом первым, Ваценко заметил в помещении четырех неизвестных, три из которых сидели, а один топил печку. На окрик «Встать, руки вверх!» топивший печку бросился к оружию, но умелыми и решительными действиями наряда вооруженное столкновение было предотвращено..

Предварительным опросом задержанных было установлено, что с ними находится еще 8 человек, которые выехали в соседнюю деревню. С целью их задержания Иванов расположил засаду. Примерно через час к дому подъехала повозка с 8 неизвестными, 3 из которых начали распрягать лошадь, а остальные собирать привезенные ими вещи. Иванов умелыми действиями внезапно окружил неизвестных, бросившись при этом сам вперед с гранатой. Неизвестные, не успев оказать сопротивления, сдались...

Начальник 9-й заставы 86-го погранполка мл. лейтенант Сайков получил от военнослужащего хозвзвода сержанта Конева (дислоцирующегося в районе м. Шейбург) данные, что рано утром 28 февраля 1945 г. на охрану хозвзвода было произведено вооруженное нападение. Нападавшие бросили гранаты и обстреляли ружейным огнем часовых взвода.

29 февраля 1945 г. организованная Сайковым проверка населенного пункта Шейбург положительных результатов не дала. Неосмотренным оставался отдельно стоящий сарай. При осмотре сарая группа во главе со ст. лейтенантом Проселова, не доходя 150 м, была обстреляна из него. По сараю был открыт огонь. В результате сарай загорелся, горение сопровождалось взрывами гранат. В развалинах сгоревшего сарая было обнаружено 4 трупа сгоревших немецких солдат и 3 обгоревшие винтовки. В последующем в этом районе было задержано еще 16 немцев.

2 января 1945 г. в 10 часов утра красноармеец 13-й заставы 132-го пограничного Минского полка Карпов, будучи часовым по охране заставы, заметил двух неизвестных... В целях проверки их личности установил за ними тщательное наблюдение. Заметив, что часовой за ними ведет наблюдение, неизвестные резко изменили направление движения, после чего Карпов остановил их. Вышедший на окрик часового дежурный по заставе мл. сержант Кузнецов при проверке документов задержанных обнаружил в них дефекты. При дальнейшем выяснении их личности последние разоблачены как агенты-парашютисты противника.

12 января 1945 г. наряд-дозор 8-й заставы этого же полка в составе старшины Шарубева, сержанта Белова, члена ВКП(б), и красноармейца Ерохина, следуя по заданному маршруту, при осмотре немецких построек на подступах к одному населенному пункту обнаружил кучу соломы. При тщательном осмотре соломы в ней был обнаружен и задержан неизвестный, оказавшийся государственным преступником.

21 января 1945 г. группа 7-й заставы того же полка под командой начальника заставы ст. лейтенанта Меденцева производила проческу г. Гумбинен. В одном из зданий был обнаружен неизвестный, одетый в маскхалат. При приближении к нему наряда он бросился бежать в направлении кирпичного завода, открыв при этом по наряду стрельбу из автомата. Неизвестный укрылся на эстакаде высотой 30 м, взобрался на нее по лестнице и продолжал вести огонь. Под прикрытием огня группа в составе сержанта Чувашева, красноармейцев Попова и Корогодина бросилась на лестницу. Неизвестный заметил их, бросил две гранаты, от взрыва которых Корогодин получил легкое ранение. Сержант Чувашев, открыв в это время из автомата по неизвестному огонь, ранил его в руку и ногу и тем самым выбил из рук его автомат. Неизвестный был задержан и оказался сигнальщиком противника, оставленным в тылу. Этот гитлеровец воевал с начала войны, был в Крыму, на Кавказе и в Каунасе.

7 февраля 1945 г. наряд КПП 3-го батальона того же полка (старший наряда — ст. сержант Вадис) задержал повозку, на которой следовало 4 гражданских немца. Тщательно проверяя ее содержание, наряд обнаружил умело замаскированный ящик, при вскрытии которого в нем был обнаружен немец — член союза гитлеровской молодежи. Все задержанные оказались крупными преступниками...

2 марта 1945 г. наряд-конвой 6-й заставы 217-го погранполка конвоировал задержанных немцев в районе Хайльсберга. Шедший впереди конвоируемых красноармеец Зайка заметил неизвестного в гражданском платье, который поспешно шел в направлении находившегося в стороне от дороги дома, о чем доложил старшему конвоя мл. сержанту Адембиле. Последний решил выяснить личность неизвестного. Подойдя к указанному дому и осмотрев его, он ничего не обнаружил. У находящегося с ним красноармейца Мамедова вызвала подозрение лежавшая у фундамента дома перина. Под периной была обнаружена оконная ниша, в которой сидел разыскиваемый неизвестный, который разоблачен как агент-диверсант.

15 февраля 1945 г. начальник КПП 3-го батальона того же полка мл. лейтенант Борзенков со старшиной Лавочкиным и мл. сержантом Мельниковым, находясь на северной окраине Хайльсберга, решил проверить следовавший немецкий обоз. Во время проверки списка у старшего ехавшей группы Борзенкову показалось подозрительным поведение одного из немцев, который неоднократно то слезал, то садился на повозку и все время торопил старшего, чтобы последний продолжал движение. Подозрительный немец был задержан. При фильтрации разоблачен как агент контрразведывательных органов противника...


Начальник войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Любый

Начальник политотдела войск полковник Николаев
С нами Аллах и два пулемёта!!

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 13 апр 2010 22:21

http://militera.lib.ru/memo/russian/sb_ ... ny/02.html

Герой Советского Союза генерал-лейтенант танковых войск М. Панов.
Прорыв

Перед войсками 2-го и 3-го Белорусских фронтов в Восточно-Прусской операции стояла задача разгромить группу армий «Центр», выйти к морю и овладеть важнейшими морскими портами Кенигсберг и Пиллау.

Предстояли тяжелые бои. Оборонительные сооружения на территории Восточной Пруссии были столь многочисленны, что казалось, она состоит сплошь из дотов, надолб, противотанковых рвов. Гитлер приказал любой ценой не допустить прорыва советских войск в Восточную Пруссию.

Героически, мужественно, стойко действовали все воины соединений, принимавших участие в этой грандиозной операции. Расскажу о действиях 1-го гвардейского Донского танкового корпуса, командиром которого я был.

К концу 1944 года войска 2-го Белорусского фронта, в состав которого входил наш танковый корпус, после ряда наступательных операций перешли к обороне на рубеже западнее Августова, вдоль восточного берега Августовского канала, по рекам Бебеж и Нарев. На западном берегу реки Нарев были захвачены два плацдарма: ружанский и сероцкий. Чтобы выполнить задачи, поставленные Ставкой, фронт наносил два удара: с ружанского плацдарма — силами четырех общевойсковых (49, 3, 48, 2-й ударной) и 5-й гвардейской танковой армий, 8-го механизированного, 8-го гвардейского танкового и 3-го кавалерийского корпусов в общем направлении на Эльбинг, а с сероцкого плацдарма — двумя общевойсковыми (65-й и 70-й) армиями и 1-м гвардейским Донским танковым корпусом в направлении Бельска.

До начала боевых действий 1-й гвардейский Донской танковый корпус (15, 16 и 17-я гвардейские танковые и 1-я гвардейская мотострелковая бригады) находился в резерве фронта, завершая укомплектование техникой и личным составом. При этом сложилась редкая ситуация: из 235 поступивших в корпус боевых машин было 175 самоходно-артиллерийских установок и только 60 танков. Перед командованием корпуса встал вопрос: как распределить поступившую технику по частям и наиболее эффективно [85] использовать ее в бою? Самоходно-артиллерийские установки при всех положительных качествах были менее маневренны, чем танки, имели ограниченный сектор обстрела. Было решено в каждой танковой бригаде один батальон вооружить тяжелыми танками ИС-2, второй — самоходно-артиллерийскими установками ИСУ-122 и третий — СУ-100.

Когда части и подразделения были полностью укомплектованы, началась всесторонняя подготовка к боям. Несмотря на недостаток времени, были проведены одно ротное и одно батальонное тактические учения.

Мы стояли у границы гитлеровской Германии, предстояло вести бои непосредственно в логове врага. Задачи партийно-политической работы стали несколько иными. Мы по-прежнему вели оживленную переписку с тружениками тыла. Девушки с Урала писали воинам: «Дорогие фронтовики! Шлем вам всем горячий привет и желаем больших успехов в вашей боевой работе и быстрейшем разгроме врага. Мы, девушки с Урала, дающего вам оружие и боевую технику, которыми вы успешно громите фашистских гадов, желаем поделиться с вами успехами на нашем трудовом фронте и в то же время знать о ваших делах...»

Вот как ответили воины: «Дорогие девушки! Мы готовимся к новым решительным боям с заклятым врагом. Можете быть уверены, что танкисты-гвардейцы будут в первых рядах наступающей Красной Армии. Мы гордо несем вперед наше овеянное славой дважды орденоносное знамя...» Переписка с тружениками тыла согревала сердца, звала в бой, вселяла уверенность в своих силах.

8 января 1945 года, когда подготовка к предстоящим боям завершилась, в корпус прибыли командующий фронтом Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский и член Военного совета генерал-лейтенант Н. Е. Субботин. Они ознакомились с состоянием частей, провели беседу с командирами и начальниками политотделов бригад, рассказали о предстоящей операции, подчеркнув важность боевой задачи, стоящей перед танкистами.

К утру 13 января 1945 года корпус, совершив два ночных перехода, сосредоточился в районе Заторы, Вулька-Заторская, Голендры. Ему предстояло действовать в полосе 65-й армии в общем направлении Яцково, Нове Място, Сохицин, Дробин.

Командующий 65-й армией генерал-полковник [86] П. И. Батов решил силами стрелковых соединений прорвать оборону противника на фронте между Покшивницей и Лосево, нанося удар в направлении Мешки, Яцково, Нове Място, и к исходу первого дня овладеть рубежом Гонсерово, Хмелево, Насельск. 1-й гвардейский корпус должен был войти в прорыв с рубежа Ковалевице, Насельск и, развивая наступление в направлении Нове Място, Плоньск, овладеть Нове Място.

Главный удар решили наносить правым флангом в направлении Ковалевице, Нове Място, имея в первом эшелоне 16-ю гвардейскую танковую, 1-ю гвардейскую мотострелковую и 17-ю гвардейскую танковую бригады, а во втором — 15-ю гвардейскую танковую бригаду (за правым флангом первого эшелона). В резерве оставались два самоходно-артиллерийских полка, мотоциклетный батальон и дивизион реактивных минометов. Такое построение боевого порядка обеспечивало нанесение мощного первоначального удара. Мотострелковой бригаде предстояло, форсировав реки Сона и Вкра, захватить плацдарм и обеспечить условия для развития наступления.

14 января после мощной артиллерийской подготовки войска 65-й армии перешли в наступление. Корпус с началом артподготовки переправился по двум мостам через реку Нарев и начал выдвижение в исходный район. Стрелковые соединения в этот день не смогли прорвать главную оборонительную полосу противника, поэтому корпус в течение ночи оставался на исходном рубеже.

На следующий день после пятнадцатиминутного артиллерийского налета войска 65-й армии возобновили наступление. Медленно продвигаясь, они к середине дня вышли на рубеж Заброшки, Смгожево, где встретили сильное огневое сопротивление и вынуждены были остановиться.

Обстановка складывалась явно неблагоприятно. За полтора дня боев главная оборонительная полоса не была полностью прорвана. Надо было принимать решительные меры.

В 13.00 генерал-полковник П. И. Батов по телефону передал приказ: корпусу стремительно атаковать противника и к исходу дня овладеть Нове Място. Ввод корпуса в сражение обеспечивала армейская артиллерийская группа. К сожалению, из-за нелетной погоды не могла действовать авиация, что создавало дополнительные трудности.

Армейская и корпусная артиллерия открыла мощный [87] огонь по вражеским позициям, в это время корпус выдвигался на рубеж ввода в бой. Пошел густой снег, видимость резко упала, начало смеркаться. Однако наступление продолжалось.

Как только 1-я гвардейская мотострелковая бригада вышла к рощам в 7 км северо-восточнее Насельска, противник открыл сильный артиллерийский огонь. Тотчас по нему сосредоточили огонь артиллерия корпуса и дивизион реактивных минометов. Под прикрытием огня бригада вышла на западную опушку рощ. В этот момент из-за ее флангов в бой вступили автоматчики 16-й и 17-й гвардейских танковых бригад, сопровождаемые самоходно-артиллерийскими установками. Они нанесли удары во фланг обороняющемуся противнику.

Несмотря на неблагоприятные погодные условия, бой продолжался всю ночь. Танкисты (точнее — самоходчики), мотострелки и автоматчики появлялись там, где их не ожидал противник. Хорошо ориентируясь в темноте и тесно взаимодействуя, они наносили удар за ударом во фланг и тыл. Батальон 1-й гвардейской мотострелковой бригады гвардии майора Г. Ф. Иванова был контратакован с правого фланга пехотой и танками врага. Командир танкового взвода 16-й гвардейской танковой бригады старший лейтенант С. В. Шленок, не ожидая распоряжений, немедленно с места открыл огонь и стремительно атаковал врага. Совместными усилиями мотострелков и танкистов контратака противника была отбита.

Имея приказ овладеть городом Нове Място, ставлю задачу командиру 15-й гвардейской танковой бригады полковнику К. Г. Кожанову атаковать в направлении станции Сверче, Нове Място, овладеть станцией, с ходу форсировать реку Сона и совместно с 16-й бригадой захватить Нове Място. Наступление развивалось успешно. К 11.00 16 января 15-я гвардейская танковая бригада овладела станцией Сверче и затем начала стремительное продвижение в направлении Адамово, Нове Място. Для отыскания брода и захвата плацдарма на западном берегу реки Сона командир бригады выслал батальон автоматчиков. К 12.00 батальон достиг Нове Място и завязал бой на северо-западной окраине города. Танки из-за отсутствия переправы перейти через реку Сона не смогли и поддерживали батальон огнем с восточного берега.

В этих боях инициативу и находчивость проявил командир 1-й гвардейской мотострелковой бригады гвардии [88] полковник Н. П. Петров. По его приказу мотострелки одного из батальонов начали стремительно преследовать противника. Благодаря этому смелому маневру 16 января к 16.00 передовые подразделения бригады подошли к реке Сона в районе Черне, Мишево-Вольке (3 км южнее Нове Място). Не дожидаясь подхода главных сил, укрепив лед, форсировали реку и захватили небольшой плацдарм. Наступление бригады было настолько стремительным, что противник не успел уничтожить мост в районе Черне, и по нему переправилась артиллерия и бронетранспортеры.

Таким образом, в течение 15 и 16 января соединения и части корпуса, продвинувшись на 25–30 км, завершили прорыв главной и второй полосы противника и вклинились в третью оборонительную полосу.

С рассветом 17 января 15-я гвардейская танковая бригада возобновила наступление и, преодолевая упорное сопротивление, достигла северо-восточной окраины Индзиковице (16 км западнее Нове Място). Бой длился весь день. Гитлеровцы, укрывшись за кирпичными строениями, оказывали упорное сопротивление, применяя против танков и самоходных установок фаустпатроны. Загорелся танк комбрига. Первым заметил пожар разведчик сержант А. К. Кириленко. Зная, что в боевом отделении могут взорваться снаряды, сержант, рискуя жизнью, смело вскочил на танк и через люк башни вытащил тяжело раненного полковника К. Г. Кожанова. Подвиг разведчика, спасшего командира, был отмечен орденом Славы III степени.

Соединения корпуса, ведя упорные бои, продвигались вперед и наконец овладели Нове Място. Чтобы не дать противнику закрепиться, а тем более нанести контрудар, необходимо было овладеть городом Плоньск, куда враг стянул значительные силы. Было решено нанести охватывающие удары с юга и севера.

Поскольку было известно, что противник ждал нас с востока, мы частью сил демонстрировали наступление с востока, а главные направили в обход. Под покровом ночи передовые части корпуса пересекли железную и шоссейную дороги Раценж — Плоньск и к рассвету 19 января вышли на дорогу Плоньск — Дробин. Противник обнаружил нас и, выслав в район Старчево, Вельке заслон из танков и самоходных орудий, начал отводить войска из Плоньска. Но было уже поздно. Сбив заслон, наши части стремительно двинулись к Дробину. [89]

С ходу ворвавшись в Дробин, части корпуса продолжали наступление-в направлении Радзану, Серпц, Бельск.

21 января командующий 65-й армией поставил корпусу очередную задачу — овладеть крупным узлом железных и шоссейных дорог, городом Бродница, гарнизон которого состоял из крепостного батальона, усиленного двадцатью танками. Туда же подходили отступавшие под ударами наших войск гитлеровские части.

Гвардейцы должны были действовать быстро и решительно, чтобы не дать отступающему противнику занять заранее подготовленные оборонительные сооружения. В результате ожесточенных боев, проявив смелость, инициативу и настойчивость, преодолев упорное сопротивление гитлеровцев, части корпуса к середине ночи 22 января овладели городом.

За семь суток боевых действий 1-й гвардейский танковый корпус прошел около 180 км, форсировал четыре реки и до десятка небольших водных преград. В первые три дня, когда пришлось прорывать оборонительные полосы, среднесуточный темп наступления не превышал 10–12 км, а в последующем достиг 25–30 км. Если учесть, что на вооружении корпуса в основном были самоходно-артиллерийские установки, то по тем временам темпы наступления были достаточно высокими.

С 25 января корпус был переподчинен командующему 70-й армией генерал-полковнику В. С. Попову. Мы получили приказ передислоцироваться в район 24 км северо-восточнее Быдгоща, переправиться через реку Висла и 31 января перейти в наступление в направлении Лашево, Францишково с целью овладеть населенными пунктами Семково (Самкау) и Островите (Эбензее). Корпусу придавалась 200-я стрелковая дивизия. Замысел состоял в том, чтобы с плацдарма на Висле наносить удар во фланг и тыл гитлеровцам и, наступая в северном направлении параллельно линии фронта, свертывать их оборону.


Герой Советского Союза генерал-майор И. Чугунов.
Маршрутом мужества

Город-крепость Кенигсберг, имевший большое стратегическое значение, гитлеровское командование стремилось удержать во что бы то ни стало. Здесь были созданы сильно [90] укрепленные оборонительные позиции с мощными долговременными огневыми точками, сооружениями и препятствиями. В центре Кенигсберга находилась старинная цитадель с гарнизоном в несколько тысяч человек.

Наша танковая бригада во взаимодействии с другими частями наступала на главном направлении, стремясь выйти на рубеж Кранц, Кенигсберг и прижать противника к берегу морского канала. Сквозь минные поля и завесу артиллерийского огня мы стремительно продвигались вперед.

Из соснового бора неподалеку от Кенигсберга на батальон внезапно обрушился ураганный артиллерийский огонь. Сделали попытку обойти лес — и снова были остановлены вражеским огнем. Пришлось переходить к обороне. Под огнем врага, используя складки местности, устанавливали танки, создавали систему огня, рыли окопы. Вскоре нам на помощь подошла пехота с двумя артиллерийскими батареями. Но все же гитлеровцы имели здесь превосходство в танках, орудиях и пехоте.

Утром противник перешел в наступление и, обойдя наш правый фланг, стал угрожать окружением. Целый день длился непрерывный бой. Одна атака следовала за другой. За день я, будучи командиром роты, сменил два танка, причем один из них сгорел.

В этих боях особенно ярко проявилось мужество наших людей. Экипаж старшины Александра Зайцева смело вступил в единоборство с фашистскими пушками. В дыму разрывов машина неслась вперед, ведя огонь с ходу и с коротких остановок. Подмяв под себя две пушки с расчетами, танк прошел вдоль переднего края, вызывая огонь на себя. И то, что сделал этот экипаж в боевой разведке, могли совершить только такие люди, у которых воля крепче брони.

Выявив огневые точки противника, мы перешли в наступление. Яростно атакуя, вплотную подошли к опорному пункту в районе поселка Зее-бенен. Задача — взять его. Несмотря на шквальный огонь вражеской артиллерии, механик-водитель моей машины Борис Пирожков искусно провел танк через открытое поле, но около самой деревни вражеский снаряд угодил в башню. Разбило пулемет и смертельно ранило заряжающего. Несколько мелких осколков впились мне в лицо и шею. Однако экипаж не вышел из боя. Поврежденная пушка могла еще стрелять. [91]

Уничтожая врага огнем и гусеницами, шел вперед наш танк, увлекая за собой роту. Атака была успешной.

Полуразрушенный поселок несколько раз переходил из рук в руки. Гитлеровцы, стремясь удержаться любой ценой, отчаянно сопротивлялись. Но нелегко им было устоять перед натиском наших воинов, проявлявших чудеса храбрости и героизма.

С началом контратаки гитлеровцев на окраину фольварка выдвинулся танк лейтенанта Марата Калиненка. Подпустив фашистов как можно ближе, он открыл внезапный огонь. Пехота противника отошла, понеся большие потери. Но тут вступила в бой вражеская самоходка. Прямым попаданием танк Калиненка был подбит, но отважный экипаж, ведя огонь из горящей уже машины, сумел поджечь самоходку.

Заместитель командира корпуса Герой Советского Союза ганерал-майор танковых войск Г. Н. Филиппов, находившийся в боевых порядках нашего батальона, взял на себя управление действовавшими здесь подразделениями.

Батальону капитана Петрова было приказано сдержать наступление врага с фронта, а мы в это время отходили на высоту, прилегающую к шоссейной дороге Кенигсберг — Раушен (Светлогорск). Однако события развивались так стремительно, что осуществить задуманный план было очень трудно. Несмотря на все усилия, вывести бригаду на рубеж Кранц, Кенигсберг не удалось. Батальоны, связанные боем, не могли оторваться от противника. Наступающие стрелковые части были отрезаны от нас. Бригада оказалась в трудном положении.

Имея явное превосходство в силах, гитлеровцы решили рассечь наши боевые порядки. Пехотные цепи гитлеровцев то откатывались, то вновь поднимались в атаку. На роту старшего лейтенанта Дмитрия Яремчука устремилось вместе с пехотой до 15 танков и самоходок врага. Тяжело пришлось экипажу лейтенанта Кукарина. Наводчик Иван Любушкин с такой быстротой производил выстрелы, что заряжающий Дуванов не успевал подавать снаряды. Вот Любушкин произвел один выстрел, второй, третий. И три вражеских танка загорелись. Гитлеровцы стали выскакивать из подбитых машин, но огонь пулемета настиг их.

В разгар боя в танк попал вражеский снаряд. Гарь и дым наполнили боевое отделение, но наводчик продолжал стрелять. Точный выстрел — и еще одним танком [92] врага стало меньше. Любушкин не прекращал стрельбы, а лейтенант Кукарин пролез через люк водителя, завел машину и подал ее назад (механик-водитель был ранен осколком снаряда). При разбитых приводах управления требовалось большое мастерство, чтобы оживить машину. У лейтенанта загорелся на голове шлем. Вот-вот мог произойти взрыв боеприпасов.

В результате невероятных усилий механика-водителя и командира танк, не переставая отстреливаться, стал пятиться. Экипажу удалось сбить пламя с боеукладки и оборудования. И только тогда обнаружилось, что радист-пулеметчик рядовой Дуванов тяжело ранен в ногу. Мужественный танкист, истекая кровью, помогал товарищам вести бой. Кукарин и Любушкин бережно вынесли Дуванова из танка, перевязали его. Затем они сели в машину и снова вступили в бой, подбив еще один танк противника.

30 апреля 1945 года наводчику танка рядовому Ивану Тимофеевичу Любушкину Указом Президиума Верховного Совета СССР было присвоено звание Героя Советского Союза, остальные члены экипажа награждены орденами.

Не менее отважно дрался экипаж лейтенанта Князева, сумев подбить два танка и уничтожить несколько десятков гитлеровцев. В этом бою лейтенант Вадим Васильевич Князев был смертельно ранен. Он так и не успел получить Золотую Звезду Героя Советского Союза, которой был удостоен ранее.

Выход из Кенигсберга на запад и северо-запад был нами закрыт. Земландская группировка врага оказалась отрезанной.
С нами Аллах и два пулемёта!!

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 13 апр 2010 22:35

Очень интересные мемуары.

Саушин Ф. С.
Хлеб наш солдатский
http://militera.lib.ru/memo/russian/sau ... index.html


...О штурме Кенигсберга довольно подробно рассказано в исторической и мемуарной литературе. И все-таки здесь хотелось бы хотя бы кратко сказать о том, что собой представляла в тот период эта крепость, с какими сложностями при ее штурме должны были встретиться наши части. Именно с учетом этих особенностей надо было организовать и работу по снабжению продовольствием, обеспечение личного состава питанием. Войска должны подготовиться к штурму всесторонне, поскольку им предстояло прорывать оборону, насыщенную такими инженерными сооружениями, как форты, многочисленные доты, большие, особой прочности здания, превращенные гитлеровцами в опорные пункты, другие всевозможные препятствия.

Кенигсберг опоясывало несколько оборонительных рубежей. В первых из них было полтора десятка необычайно прочных фортов. Между ними доты и другие железобетонные оборонительные сооружения. Все это связывалось несколькими линиями траншей, прикрывалось противотанковыми и противопехотными заграждениями: противотанковым рвом, минными полями, рядами колючей проволоки. Второй оборонительный рубеж проходил по окраинам города. Это — опорные пункты в каменных [181] зданиях, баррикады, доты. Третий рубеж включал в себя девять фортов внутри города и приспособленные к обороне прочные строения. К тому же всё улицы были сплошь перегорожены баррикадами, завалами, на перекрестках и в парках установлены орудия, закопаны танки. Кенигсберг обороняло более ста тысяч гитлеровцев.

На легкую и быструю победу рассчитывать не приходилось. Войска готовились к упорным и жарким боям. Командный состав детально изучал обстановку на макетах, созданных операторами, топографами и инженерами. На них была в деталях изображена вся система оборонительных и Крепостных сооружений. Точнее, это был весь город, только уменьшенный в сотни раз. Мне доводилось присутствовать на некоторых занятиях, которые проводило командование тыла фронта, ставя задачу перед, начальниками управлений по обеспечению войск всем необходимым, и всегда создавалось впечатление, что идешь по улицам города, там, где вскоре должны были развернуться напряженные бои.

На совещании генерал Андреев подтвердил, что принято решение наносить главный удар по Кенигсбергу силами 11-й гвардейской и 43-й армий...

...


...Это было коллективное письмо Военному совету фронта группы бойцов, проходивших службу в продовольственном управлении. Они просили направить их в боевые соединения, туда, где решался успех сражения за Кенигсберг, и мотивировали это тем, что не могут находиться в тылу, когда их товарищи по оружию готовятся к решительной схватке с фашизмом, когда каждый человек особенно дорог, когда войскам придется особенно трудно.

«В силу сложившихся обстоятельств мы вынуждены проходить службу в тыловых частях, в частности в управлении продовольственного снабжения, — читал я. — После ранений врачи не разрешили нам возвратиться к своим товарищам, в наши родные подразделения. И мы честно, добросовестно выполняли свой долг там, куда нас послала Родина. Но ныне наша совесть, наш долг не позволяют нам спокойно спать, дышать, работать, зная, что назревают большие события, что потребуется много сил и человеческих жизней, чтобы добить врага в его логове. Разве можем мы, красноармейцы, оставаться равнодушными, когда наши друзья бьются насмерть? Ведь мы бойцы, многие из нас прошли всю войну, знают не только радость победы, но и горечь поражений. У нас есть опыт, врачи возвратили нам силы, и все это мы готовы, мы должны отдать борьбе с фашизмом. А здесь нас могут заменить те, кто по каким-то причинам не способен держать в руках оружие... Просим понять нас правильно: мы хотим одного — драться, перегрызть глотку фашизму, быть до конца полезными Родине. Такие мы есть и другими быть не хотим...»

...

...Когда я поинтересовался, какие продукты находятся в вещмешках бойцов, то убедился, что надо принимать срочные меры: консервы, сухари, галеты, концентраты — все это было низкого качества, с давно вышедшим сроком хранения.

— Кто вам подсунул такую продукцию?

Старший лейтенант смущенно пожал плечами, потом, потупясь, ответил:

— Получили по разнарядке...

— По разнарядке! Вам известен приказ об обеспечении штурмовых отрядов самыми лучшими продуктами?

— Известен.

— Что же вы принимаете вот это? — Я показал ему на банки тушенки с пятнами ржавчины на крышках. — Неужели не понимаете, чем это пахнет?

— А что я могу поделать? Мне же приказывают брать.

— Кто приказывает?

Вместе с Головлевым мы тотчас же поехали на склад, с которого снабжался отряд. Начальник склада растерянно и путанно стал объяснять, почему не самое свежее продовольствие попало именно в штурмовой отряд.

— В этом мы еще разберемся. А сейчас пойдемте посмотрим, что у вас имеется на складах, — прервал я старшину.

Возникшая было неприязнь к начальнику склада как-то погасла, когда мы зашли в хранилище. Там был идеальный порядок. Чистота радовала взгляд. Продовольствие было рассортировано и аккуратно уложено в специальную тару. Даже не верилось, что можно навести и поддерживать такой порядок во фронтовых условиях.

Заметив несколько пустых стеллажей, я остановился возле них.

— Не сегодня-завтра привезут продовольствие. На армейский склад оно уже поступило, — объяснил старшина. [192]

— Грозил начпроду? — спросил я жестко. — Признавайся! Берите, мол, что дают, а то и этого не получите. Откажетесь — сообщу начпродарму и тому подобное...

Завскладом и начпрод переглянулись, испепеляя друг друга взглядом.

— Было такое, — признался заведующий. — Так и он ведь мог на меня надавить.

— А без этого вы не можете. На вас обязательно жать надо... Если бы все, что мы обнаружили, раскрылось в ходе боев или даже позже, вам могло бы это дорого обойтись. А теперь быстро произведите замену продовольствия. К вечеру в вещмешках бойцов должно быть все самое лучшее, что имеется на складе...

...


...Глухие разрывы тяжелых снарядов мы услышали утром. Все в управлении бросились к окнам, в недоумении посматривая друг на друга: никому еще не было известно, что началась артиллерийская подготовка. Стекла в окнах вздрагивали.

— Кажется, началось, — радостно сказал один из офицеров.

— Наконец-то, — выдохнул другой.

Штурм Кенигсберга начался. Мы внимательно следили за ходом боевых действий. Информация приходила из штаба фронта, ее приносили очевидны, неожиданно появляющиеся по тем или иным делам в управлении, нагни сотрудники, которые находились в войсках.

Войска медленно, но настойчиво продвигались вперед. Враг оказывал ожесточенное сопротивление. Хорошие вести поступали из 11-й гвардейской армии. Ее соединения вклинились в глубь вражеской обороны. Корпуса 43-й армии уже завязали бои за несколько сильных опорных пунктов противника. Проникнув на северную окраину города, наши воины отбили у гитлеровцев многие кварталы, захватив при этом радиовещательную станцию. На ее мачте взвился красный флаг. К концу дня войска 11-й гвардейской полностью овладели одним из фортов, захватили несколько опорных пунктов, очистили десятки кварталов в южной части города. Вся группировка, оборонявшая южную окраину Кенигсберга, оказалась под угрозой рассечения на две изолированные части...

...


...Буквально через несколько дней после отъезда в Москву Сбродова в Восточную Пруссию прибыл другой заместитель народного комиссара рыбной промышленности СССР — Константин Викторович Русаков. Мы отлично понимали и цель, и значение этих поездок. После [206] окончания войны страна должна была залечивать раны, восстанавливать разрушенное, истощенное хозяйство. Нужно определенное время, чтобы поднять на должный уровень сельское хозяйство, обеспечить население необходимым количеством продовольственных товаров. В решении этой задачи большое место отводилось рыбной промышленности. Широко развернуть промысел рыбы, ее переработку — значит дать населению ценнейшие продукты питания.

Русаков сразу же прибыл к нам в управление и попросил отвезти его в Раушен, где находился крупный рыбопромышленный комплекс. Мы сразу же откликнулись на его просьбу. Вместе с Русаковым выехали и наши товарищи.

Ознакомившись с организацией работы рыбокомбината, Русаков предложил:

— Теперь везите на свои промыслы, Александр Алексеевич Сбродов рассказывал о них и очень хвалил.

Пребывание Русакова в наших рыболовецких хозяйствах наделало много шуму. О том, как заместитель наркома учил рыбаков, ходили позже целые легенды.

По сложившейся у нас практике выловленная рыба сразу же помещалась в корзины, ящики, мешки и отправлялась на продовольственный склад, а оттуда поступала в воинские части. При такой организации дела нередкими были случаи, когда даже малейшая задержка рыбы в хранилищах приводила к тому, что она теряла товарный вид. Об охлаждении или биологической обработке рыбы мы как-то даже и не думали, считая, что для этого у нас нет ни необходимых средств, ни времени. Русаков сразу же обратил на это. внимание, упрекнул нас:

— Разве можно так обращаться с добром?! Свежую рыбу надо немедленно рассортировать. При этом обязательно следует учитывать, что выловленная в загрязненных водоемах рыба обязательно должна полежать в соляном растворе или в слабом растворе марганцовки, — растолковывал он. — Это, если можно так выразиться, своего рода дезинфекция. Затем необходимо охладить рыбу до нуля — плюс двух градусов.

Константин Викторович объяснил, как можно изготовить морозильные камеры из подручных материалов, рассказал о способах замораживания, научил консервировать рыбу тресковых пород перед засолом. Оказалось, что для [207] засола не требуется большой специальной подготовки и материалов. Нужны лишь поваренная соль да емкости.

Русаков попросил нож и, засучив рукава, улыбнулся:

— Перейдем от теории к практике. Вот как разделывается треска перед засолом.

Он быстро обезглавил рыбину, распотрошил ее. Вся эта операция заняла считанные секунды. Русаков работал быстро, уверенно, чувствовалось, что дело это для него не новое.

— Таким же образом разделывают крупную треску для сушки, — говорил он, продолжая орудовать ножом.

Все мы с интересом наблюдали за Русаковым. Закончив работу, он вымыл руки и весело проговорил:

— Как видите, дело совсем нехитрое, но очень нужное. Рыбакам все это знать необходимо. Будет увеличиваться улов, куда тогда денете рыбу? Надо солить, сушить. Соленая, она не хуже свежей...

На обратном пути я спросил Русакова, откуда у него такие навыки обработки рыбы. Он усмехнулся:

— Я же не сразу заместителем наркома стал. Приходилось и рыбачить, и рыбу обрабатывать.

Возвратились мы из поездки усталые, но довольные. Русаков стал собираться домой, отказавшись передохнуть. Проводив его на аэродром, я вернулся в управление, Надо было подготовиться к встрече сотрудников управления, вызванных на совещание...
С нами Аллах и два пулемёта!!

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 14 апр 2010 01:54

Часть этих фото уже выкладывал ранее, но в плохом качестве и с "водяными знаками".

Кенигсберг, пленные, автор Михаил Савин.



С нами Аллах и два пулемёта!!

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 22 апр 2010 04:55


Закхаймские ворота


Королевские ворота.


Фридрихсбургские ворота.
С нами Аллах и два пулемёта!!

Аватара пользователя
sas
Главком
Главком
Сообщения: 53173
Зарегистрирован: 22 сен 2005 21:34
Контактная информация:

Сообщение sas » 04 июл 2010 08:01

Фрей,это тебе :)
По следам прусских "Тигров"
Последние 6 королевских тигров вернулись из России, в Восточную Пруссиию, через Wirrballen, Schloßberg, Ebenrode, Gumbinnen, Nemmersdorf, Insterburg. 2 февраля 1945 они прибыли в Кенигсберг / восточную Пруссию.

Город находился под тяжелым обстрелом и окружался к этому времени подразделениями Красной армии.

6 королевских тигров 505 батальона боролись в городе примерно 3 недели. Райхсштрассе 131 из Кенигсберга к Pillau еще раз была освобождена в борьбе 21 февраля 1945. Беженцы могли убегать из Кенигсберга в Samland. Фронтовые поезда и поезда снабжения снова могли везти их. Райхсштрассе 131 в дальнейшем оборонялась еще несколько недель и держалась. Когда русский перевес стал слишком сильным, танки 505 батальона также стали уходить из Кенигсберга в Samland. В Кенигсберге Вильгельм Кайзер потерял свой тигр под номером 311. Теперь он и его приятели попали в распоряжение пехоты.

Они были направлены с 7 апреля 1945 в основную линию борьбы: Metgethen, Vierbrüderkrug, Moditten, Gr. Holstein, (в Samland).
Там состоялись самые тяжелые оборонительные бои, бомбардировки и наземные сражения . Пожалуй самые тяжелые в восточной Пруссии вообще. Samland окружался.
(Ингрид Пореп принимала участие с ее матерью, так как оба хотели возвращаться в Кенигсберг.)

Назад до Peise дошли только лишь 4 последних королевских тигра 505 танкового батальона, подчиняясь приказу на марш командного пункта подразделения в Pillau.

В Peyse находились огромные склады снабжения для армии и морского флота.
Также огромное подразделение обслуживания танков было расположено там. Этот район был секретным во время войны.

В Фишхаузене также было подразделение для ремонта бронетехники - полугусеничных машин, разведывательных бронеавтомобилей и прочих гусеничных машин, а также военных автомобилей всякого рода. Также большой полевой госпиталь был в Фишхаузене.

Бронетехника в Peyse прибывала сильно поврежденной и должна была ремонтироваться в Peyse, получать снабжение и оснащаться.
Фельдфебель Маусберг получил еще 7 противотанковых снярядов и боеприпасы для МГ.
По радио он слышал, что в местечке Тенкиттен проходят тяжелые танковые оборонительные бои и Красная армия стоит перед Фишхаузеном .

Фельдфебель Маусберг дал команду его экипажу и экипажу второго танка. Оба дали полный газ для того, чтобы получить снабжение далее в Peyse и через Lochstädt ехали в большом темпе отправились в направлении Фишхаузена
Там они заняли позицию и израсходовали боезапас в направлении Tenkitten, где тяжелые сражения бушевали, причем обе машины израсходовали весь боезапас, который имели на борту.

При этом второй королевский тигр был поражен так тяжело, что он потерял способность маневрировать. Ээкипаж подорвал танк и отправился к фельдфебелю Маусбергу, который принял команду.

Но: танк фельдфебеля Маусберга имел повреждение коробки передач и только лишь очень медленно мог передвигаться.
Поэтому решился фельдфебель Маусберг в своей боевой машине ехать, для того, чтобы вместе с его людьми на военном автомобиле пехоты достичь Pillau и сообщить обстановку на командный пункта подразделения.
Между тем, однако, он отстал и стал недоступен.

Вскоре фельдфебель Маусберг со своей командой предстал в командном пункте подразделения танковой артиллерии " Великая Германия " и доложил обо всем.
Фельдфебель Маусберг, награжденный золотым крестом, сразу был арестован, разжалован и осужден на смерть. Его танковая команда была также наказана и отправлена через Фрише Нерунг в Stutthof около Данцига, в штрафбат. Это был саботаж! Его обвинили в уничтожение военной собственности во время военных действий! За это полагается смерть и лишение всех военных а также гражданских прав. Больше не сущетвует.

За 2 дня до конца войны он сбежал и сдался Красной армии. В 1948 он был отпущен из русского плена. Он тяжело боролся на войне, перенес тяжелые ранения. 17 мая 2010 ему исполнится 89 лет, но возраст делает свое дело.

Он не хочет больше говорить о войне в 1939-1945. Он рассказывает только очень небольшому количеству человек кое-что время от времени, - если его спрашивают. Он не охотно делает это.


К 2): В Кенигсберге имелись несколько отделений ремонта бронетехники. Очень большая база была в бронетанковой казарме, в Кенигсберге Rothenstein.
(24 бронированного подразделения) Также в Ponarth, который я, однако, не знаю.


К 4): Фельдфебелю Хайнцу Маусбергу ничего не известно о командире фельдфебеле Кестлере 511 бат.
Вероятно вы имели ввиду фельдфебеля Кершера?

О Хайнце Маусберге подробно, из письма ко мне Ингрид Пореп.

Я позвонила ему сегодня рано утром, в его день рождения и прочла ему «суперсредство» – ваше письмо. Хайнц Маусберг несказанно обрадовался. «Откуда люди в Калининграде знают мой день рождения» хотел бы он знать? Я рассказала ему все так как было, свою историю из военного времени. Старый господин, слушая, был страшно обрадован и был в облаках от счастья. Он задавал вопрос на вопрос. Я правдиво отвечала на все. Господин Маусберг говорил: «Это подарок ко дню рождения! Я должен все это переварить». Он поручил мне, чтобы я отблагодарила Вас за поздравления. Он радовался как ребенок. Он рассказал мне, что 10 лет назад он с его женой был в Калининграде и даже сидел на скамье, где тогда стоял его танк. При рассказе его голос звучал как ликование. Я была очень рада, что смогла обрадовать старого человека передав привет от русских из Калининграда. …к его 89 году рождения. Спасибо…
Мы долго разговаривали по телефону обо всем. Он не хотел ничего слышать о войне, он проклинает ее. (Я также!!)
Я спросила его о том как дошло дело до подрыва его танка?
Это было так:
Оставалось 4 королевских тигра s.Pz.Abt 505, которые ушли из Кенигсберга в Замланд. В Тенкиттене они принимали участие в тяжелых оборонительных боях. Все 4 танка были сильно повреждены. Командиры танков должны были отправить поврежденные машины в Пайзе для ремонта и обновления в тамошней базе. Фельдфебель Маусберг прибыл туда с двумя танками. Там местный лейтенант был уже с командой двух других танков. Со стороны русских позиций начинался сильный обстрел. Русские бомбардировщики атаковали с воздуха. Танки были повреждены снова. Боевые машины из команды лейтенанта были настолько сильно повреждены, что быстрый ремонт не был больше возможен. Оба танка не могли передвигаться. Они должны были тотчас взорваны в Пайзе. Комендант приказал своим людям сделать это. Маусберг ждал в Пайзе ремонта своих двух танков два дня. Ничего не происходило. Танки продолжали ждать. Маусберг заметно нервничал. Все погибало в необозримом аду. Мы застряли все в окруженном Замланде. Там он услышал радиограмму: «В направлении Фишхаузена прорвались русские подразделения». Маусберг скомандовал и танки, дав полный газ, помчались в направление Циммербуде через Коббельбудер лес. Маусберг и его команда увязли в местечке Блудау в тяжелых оборонительных боях, в которых Маусберг потерял свой королевский тигр. Коробка передач не функционировала. Маусберг сделал заявление об утере танка и получил от командного пункта управления Гроссдойчланд приказ взорвать танк.
Последний королевский тигр был подорван командой. Он горел ярким пламенем в то время как Маусберг ехал на другом танке, типа Пантера в направлении Фишхаузена, где прошли следующие бои. Этот танк был также подбит и Мауберг дал команду взорвать и его из-за технических повреждений. Подрыв осуществлен был силами подразделения Гроссдойчланд. Еще оставшиеся рядовые мотопехоты передали Маусбергу третий танк. Но и он был тяжело поврежден при обстреле прямым попаданием в треки и пушку. Добраться до ремонтной базы было невозможно. Она находилось далеко в стороне, около Фишхаузена. Танк не мог быт отбуксирован, так как не было никаких технических средств для этого. Поэтому он также был взорван. Маусберг отправился в Пиллау, без танка. Город весь горел. С компанией военнослужащих 21 пехотной дивизии он написал рапорт с объяснениями. Один командир, майор, видел как горел танк Мауберга и сообщил, что команда взорвала его потому, что он имел серьезные повреждения и не мог больше быть использован. Между тем Маусберг дал предпосылку для обвинения его в саботаже. А так как это было сделано без разрешения командования, то солдаты из его команды также были арестованы и разжалованы. Маусберг не смог убедить командование в правильности своих действий. Майор действовал по законам военного времени. Он осудил Маусберга вместо того, чтобы разобраться. Это все происходило из-за неразберихи военных действий. Правая рука не знала что делает левая. Как командир он подал прошение для пересмотра решения военного суда. На тот момент он даже не знал, в чем его обвиняют. Тогда ему было 24 года. Командный пункт 505 танкового батальона уже убыл из Пиллау. Маусберг находился в безнадежном положении. Он мог быть расстрелян немедленно. Его арестовали и через косу Фрише Нерунг отправили в Stutthof. Там он ожидал подтверждения смертного приговора. За два дня до окончания войны он бежал и сдался Красной армии. Через три года он был отпущен на Родину. Во время плена он жил в лагере около Москвы.

Так закончилась военная история Хайнца Маусберга – легендарного танкиста, награжденного высокими наградами.
Взято с форума "Подземелья Кёнигсберга" Автор - koenigsberger
Последний раз редактировалось sas 04 июл 2010 08:02, всего редактировалось 1 раз.
И бесплатно отряд поскакал на врага....
"Вы сейчас договоритесь до того, что еврокомпонент [американского ПРО] действительно противоиранский. А так говорят только либерал-предатели с бюджетом. А мы патриоты. Без бюджета." (из фейсбука)

Аватара пользователя
Фрей лис
капитан
капитан
Сообщения: 5756
Зарегистрирован: 10 сен 2004 00:59
Откуда: Kамчатка
Контактная информация:

Сообщение Фрей лис » 04 июл 2010 21:24

Спасибо SAS. :)
Это хорошо, что ты сюда это выложил. Информация очень ценнная. Тем более, что там начали выкладывать очень интересные документы.
С нами Аллах и два пулемёта!!

Ответить

Вернуться в «Вторая мировая война»